Sidebar

При определении права нанимателей квартир государственного жилого фонда и членов их семей на приватизацию этих квартир определяющее значение имеет факт их постоянного проживания в этой квартире, а не факт их регистрации в этой квартире согласно Закону «О свободе передвижения и свободном выборе места жительства в Украине». Такой вывод следует из постановления ВСУ от 30.01.2013 года № 6-125цс12, в котором им была сформулирована правовая позиция относительно обстоятельств, подтверждающих право на приватизацию квартиры.

Фабула дела. Рассмотренное дело представляло собой результат многолетних судебных тяжб между вдовой, действовавшей в своих интересах и в интересах своего сына, и деверем (братом мужа). Предметом спора была четырехкомнатная квартира в городе-герое Одессе. Право на занятие этой квартиры на основании соответствующего ордера еще в декабре 2003 года было предоставлено мужу вдовы, вдове, двум ее детям и матери мужа. В феврале 2004 года вдова и ее малолетний сын вселились в квартиру, зарегистрировались в ней и проживают до нынешнего времени.

Вскоре после смерти мужа и его матери выяснилось, что квартира уже приватизирована матерью мужа. 26 марта 2004 года мать мужа подала заявление о приватизации и в тот же день по распоряжению органа приватизации квартира была передана в ее частную собственность с выдачей свидетельства о праве собственности на нее. Узнав об этом, вдова через суд сумела добиться отмены распоряжения органа приватизации и признания недействительным свидетельства о праве собственности матери мужа. Она доказала, что мать мужа не вселялась в спорную квартиру, ни одного дня в ней не проживала и постоянно жила в принадлежавшем ей на праве собственности доме, где и была зарегистрирована ее смерть. После этого орган приватизации не только признал недействительной приватизацию квартиры на имя матери мужа, но и признал право собственности на нее вдовы и ее несовершеннолетнего сына.

Но таким исходом дела оказался недоволен деверь, являвшийся по завещанию единственным наследником всего имущества покойной матери мужа вдовы, и потому считавший, что именно ему принадлежит право собственности на приватизированную его матерью квартиру. Основанием для его исков, направленных на признание права собственности на спорную квартиру за ним, среди прочего служил тот факт, что вдова, ее сын и другие лица, на которых был выдан ордер, 26 марта 2004 года были сняты с регистрационного учета. А его мать, наоборот, 15 марта 2004 года была зарегистрирована в этой квартире, пребывала на учете 26 марта 2004 года и таким образом имела полное право на приватизацию квартиры.

Суд первой инстанции, с которым согласились суды апелляционной и кассационной инстанций, удовлетворил иск деверя и признал за ним право собственности на спорную квартиру. В удовлетворении встречного иска вдовы о признании незаконным ее снятия с регистрационного учета и о регистрации в квартире матери мужа при этом было отказано. В основу своих решений они положили тот факт, что на момент приватизации спорной квартиры матерью мужа 26 марта 2004 года ни вдова, ни ее сын не были зарегистрированы в ней. Следовательно, мать мужа правомерно осуществила приватизацию спорной квартиры, потому что единственной была зарегистрирована в спорной квартире на время ее приватизации.

 

Позиция ВСУ. Основанием для пересмотра судебного решения кассационной инстанции (ВССУ) послужили определение ВСУ от 04.04.2007 года и определение ВССУ от 04.07.2011 года. В них суды при рассмотрении споров о признании недействительным свидетельства о праве собственности на жилое помещение исходили из того, что согласно ч. 4 ст. 5 Закона «О приватизации государственного жилого фонда» передача занимаемых квартир в собственность граждан осуществляется по письменному согласию совершеннолетних членов семьи, которые постоянно проживают в данной квартире, в том числе временно отсутствующих, за которыми сохраняется право на жилье.

Пересматривая дело, ВСУ исходил из следующего:

– согласно Закону «О приватизации государственного жилого фонда» наниматели квартир государственного жилого фонда и члены их семей, постоянно проживающие в квартире вместе с нанимателем или за которыми сохраняется право на жилье, имеют право на приватизацию занимаемых квартир. Такая приватизация осуществляется путем передачи им этих квартир в общую совместимую или частичную собственность по письменному согласию всех совершеннолетних членов семьи, постоянно проживающих в данной квартире, в том числе временно отсутствующих, за которыми сохраняется право на жилье, на основании решения соответствующего органа приватизации;

– вдова и ее несовершеннолетний сын вселились в спорную квартиру на основании ордера, выданного, в том числе, на их имя, и были зарегистрированы по адресу нахождения квартиры;

– в соответствии с нормами ЖК и ГК местом постоянного проживания лица является жилое помещение, в котором лицо постоянно проживает, имеет право пользования этим помещением и на которое за лицом сохраняется это право при временном отсутствии, а значит, и право на приватизацию вместе с другими членами семьи. Местожительством ребенка до девяти лет при этом является местожительство ее родителей или одного из них, с кем он проживает.

Вопреки указанным положениям законодательства суды связали право вдовы и несовершеннолетнего сына на приватизацию с фактом регистрации указанных лиц в спорной квартире, которая осуществляется на основании Закона «О свободе передвижения и свободном выборе места жительства в Украине», а не с их правом на жилье и фактом проживания в квартире. Такой вывод не основывается на нормах материального права, поскольку не содержит каких-либо заключений относительно доводов вдовы относительно ее права на участие в приватизации квартиры в связи с наличием у нее права на жилье, постоянным проживанием в спорной квартире и снятием с регистрационного учета вне ее воли. Поэтому ВСУ отменил определение ВССУ по этому делу и направил его на новое рассмотрение.

Мнение «Ю&З»: Решение ВСУ в очередной раз доказывает, что при определении места проживания лица данные о его регистрации по этому месту имеют вторичное значение. Отсутствие факта регистрации лица по месту его законного проживания не может служить обстоятельством для ограничения его прав, вытекающим из такого проживания. А факт регистрации лица по адресу, где это лицо не проживает, не является безусловным основанием для получения им прав, вытекающих из факта такого проживания.

Принципиальное преимущество фактического места проживания и, главное, права на проживание в определенном жилом помещении над юридически зарегистрированным местом проживания имеет важное значение не только для споров относительно приватизации, но и ряда других споров, связанных с реализацией права собственности или права пользования. Ведь случаи, когда лица претендуют на право собственности или право пользования квартирой только на основании того, что они там зарегистрированы, к сожалению, не редки.

Правовым же основанием для предоставления преимущества фактам фактического места проживания над фактами регистрации должны служить нормы ст. 29 ГК, согласно которой местом проживания физического лица является жилой дом, квартира, иное помещение, пригодное для проживания в нем, в котором физическое лицо проживает постоянно, преимущественно или временно. А также ч. 2 ст. 4 ГК, согласно которой ГК является основным актом гражданского законодательства, а другие законы должны приниматься только на основании Конституции и ГК, в том числе Закон «О свободе передвижения и свободном выборе места жительства в Украине», по-иному определяющий понятие места проживания.

К счастью, в рассматриваемом деле ВСУ обратил внимание на необходимость соблюдения преимущества норм ГК над нормами Закона «О свободе передвижения и свободном выборе места жительства в Украине» в части определения места проживания. И потому связал наличие права на приватизацию с правом на приватизируемое жилье и фактическим проживанием в нем, а не с наличием регистрации места проживания в нем. Это, в свою очередь, дало возможность вынести, по нашему мнению, справедливое решение по рассматриваемому делу. Факт снятия вдовы и ее сына с регистрации без их на то согласия, да еще в один день с подачей заявления о приватизации, а также мгновенная реакция на него со стороны органа приватизации явственно указывают на сговор, направленный на незаконное лишение их прав на квартиру.

ВЫВОД:

Право на приватизацию квартир государственного жилого фонда имеют лица, постоянно и законно проживающие в этих квартирах или за которыми сохраняется право на жилье, несмотря на их временное отсутствие. Отсутствие факта регистрации не может быть основанием для ограничения этого права, равно как и наличие регистрации не может служить дополнительным преимуществом.